Игумен Вениамин (Новик).
К 100-летию книги Макса Вебера “Протестантская этика и дух капитализма”

——————————————————————————–

Совсем краткий курс

Много верного и интересного марксисты подметили на рубеже XIX – XXвв. И про эксплуатацию народа, и “кому что и где выгодно”, и об отчуждении человека от самого себя и других, и про смену общественных формаций, и про империализм, как последнюю стадию капитализма и т. д. Во всём этом было много верного. Ещё теоретики марксизма (не будучи пролетариями) назначили пролетариат на роль гегемона истории, провозгласили необходимость классовой борьбы на уничтожение и пообещали новый рай – коммунизм. Марксисты разоблачили также религию как “опиум для народа”, как ложное компенсаторное средство для угнетенных.

Проглядели марксисты лишь одно: что по вечерам в миллионах протестантских домов разного достатка Северной Европы и США отцы семейств с Библией в руках тихо объясняли своим детям: что такое хорошо, и что такое плохо, и почему надо выполнять заповеди Божии (Голливуд на эту тему фильмов, увы, не снимал). Потому что никакие экономические теории и ноу-хау сами по себе ничего не значат, если у народа нет изначальных этических ценностей, которые должны приниматься на веру, и необходимость которых никакая наука доказать не в состоянии. Добро и зло, как известно, не научные категории. Именно поэтому классовые конфликты, которых Запад тоже не избежал, не оказались для него смертельными. Именно поэтому в социальном развитии Запада наблюдается явная эволюция.

А вот установившиеся марксистские режимы везде с постоянной закономерностью приносили одни несчастья. Иногда не сразу, с некоторой задержкой, но результат, после краткого периода истероидной эйфории и энтузиазма, был “почему-то” всегда один: архаизация социальной сферы, вождизм, тотальная коррупция, самодурство, «шариковщина» и ложь во всех сферах.

Выяснилось, что марксисты были правы в деталях, но ошиблись в целом. Ибо без духа и веры, без осознанного примата духовного начала над материальным, без волевых усилий в сторону этических ценностей –и чечевичной похлебки даже одного сорта в магазинах не будет, не говоря уже о других товарах.

Атеизм-материализм учил, что главное - это материя (товары), что эти товары нужно созидать, развивать средства производства и производственные отношения и одновременно… почему-то быть альтруистом (т.е. идеалистом). Такая контаминация не получалось, т. к. сама природа человека совсем иная. Ведь материалист – это извращённый идеалист. Не может долго человек безнаказанно верить в материю и… жить по заповедям Божиим. Рано или поздно, но все жеустанавливается связь между образом мысли и образом поведения. Поэтому по законам духовной природы человека и общества каждый раз наступало не изобилие, а обнищание населения, а также финал в виде бегства вождя с капиталами за границу, как это случается в банановых республиках. А материя в виде товаров, вопреки теории, начинала катастрофически исчезать с прилавков. А всё потому, что квазинаучная теория была построена на ложной предпосылке примата материального начала над духовным. (Материя – первична, сознание – вторично. Бытие определяет сознание и т. д.) Для того, чтобы залатать прорехи теории, стали привлекать диалектику, лукавый релятивизм и прочее идеологическое трюкачество. Но никакие заклинания и даже три закона диалектики не помогали. Выяснилось также, что не вульгарного материализма не бывает. Существуют физические законы и духовные законы. Отказавшись от свободы ради чечевичной похлебки материализма, коммунизм подписал себе и многим другим смертный приговор, оказался настоящим “цианистым калием для народа”. Но он всё ещё теплится в виде левизны некоторых профессоров на Западе, но это уже вторичный субкультурный эффект – не более того. Этих профессоров никакими коврижками в Северную Корею уже не заманишь.

Дух первичен – материя вторична

Экономисты еще долго будут ломать головы над причинами развития и деградации хозяйств. Ведь самая главная причина, влияющая на экономическое развитие, лежит вовсе не в экономической, а в этической сфере, которая, как известно, тесно связана с аксиоматикой, с моральными ценностями, т. е. с верой, со смысложизненной ориентацией в целом. Люди очень различаются между собой: один готов мать родную за три копейки убить. А другой готов пожертвовать собой, но сохранить свои принципы, обрести, в конечном итоге, перспективу вечности. Оказывается, что вера в Бога может быть не только утешением для сирых и убогих, но и огромным побуждающим факторомдля сильных. Как писал Макс Вебер в самом начале своей книги: “Стремление к наибольшей денежной выгоде само по себе не имеет ничего общего с капитализмом”.

В этом году исполняется сто лет самому известному социологическому трактату за всю историю человечества: книге М. Вебера “Протестантская этика и дух капитализма”. Его гипотеза стала серьезной альтернативой модному в то время марксизму, привлекавшему неглубокие умы своей простотой и псевдоочевидностью. По М. Веберу - всё иначе и сложнее. Согласно М. Веберу христианство – может быть не только компенсаторным средством при жизненной неудаче, не вторичной идеологией, порожденной чьими-то корыстными интересами, не пассивным созерцанием, а мотивирующим фактором в активной жизнедеятельности. Вебер предложил идею: именно христианство в его протестантской разновидности сделало возможным появление современного капитализма, положившего начало обществу всеобщего благоденствия, куда сегодня стремятся люди со всего мира. В центре внимания М. Вебера – протестантизм со всем его волевым моральным и аскетическим пафосом. Это - светское христианство людей твердой морали, вынесших строгость христианской морали из монастырей – в мир, созидание благополучия которого стало восприниматься как сверхзадача христианина. Кроме того, кальвинистская доктрина предопределения побуждала верующих демонстрировать свою богоизбранность в успешной предпринимательской деятельности, в умножении благ земных. Отсюда – знаменитая трудовая этика протестантизма, в наибольшей степени развитая в кальвинизме (совр. реформатство). Важно также, что усердный труд стал цениться во всех сферах сам по себе, а не только по его результатам. Была важна именно волевая направленность. Труд стал пониматься как христианский долг, а вся жизнь как служение Высшему началу – Христу. Осознавшие себя спасенными и освобожденными от греха Христом, благодарные христиане развили небывалую энергию творчества, что, по М. Веберу, и создало современное западное общество. Было преодолено аристотелевско-средневековое учение о том, что человеку не следует приобретать больше богатства, чем это необходимо для достойной жизни, что ему следует лишь достойно вписываться в универсум. Избыточность творческой энергии христиан, а не их корысть – вот что породило США (самый яркий пример), которые, в свою очередь, помогли послевоенным Германии, Японии, Южной Корее и другим “юго-восточным тиграм”.

Какое христианство лучше?

Как такое оказалось возможным? Могут спросить: разве христианство не везде одинаково? Выясняется, что нет. Самые развитые страны – протестантские, менее развитые – католические, еще менее – православные. Вера тесно связана с мировоззрением, которое определяет весь стиль жизни. Какова вера – такова и жизнь. Согласно М. Веберу, на Западе произошло удивительное сочетание традиционных библейских этических ценностей с культурой рационального продумывания проблем, что породило социальные действия, направленные на формирования общего блага. Рациональная методология была известна и в других странах, основные этические заповеди мировых религий примерно одинаковы, но в Западном христианстве были две важные особенности: иное понимание личности (более персоналистическое – отсюда права человека) и иной тип рациональности (более универсальный). Это благоприятное сочетание и создало на библейской основе знаменитую протестантскую этику.

У католиков есть уважение к личности, сотворенной по образу и подобию Божию, есть универсальная рационализация (философия неотомизма), есть изощренная правовая и прочая культура, но осталась психология гармонического вписывания в универсум, что недостаточно побуждало к творческой избыточности. Католические монастыри дали Европе университеты и много ученых. Следует сказать, что современные католики многому научились у протестантов, провели мягкую реформацию на Втором Ватиканском Соборе (1962-65 гг.), развили социальную доктрину.

Тяжелее всего ситуация у православия: рациональная методология отсутствует (вместе с соответствующей философией), богословских факультетов в российских университетах не было, концепции социального действия (термин М. Вебера) также нет. Библейские ценности, таким образом, повисают в воздухе, их хватает в лучшем случае на личную аскезу, которая со светским трудом (в миру) никак не связана.

РПЦ МП в 2000г. приняла Социальную доктрину, где содержится немало правильных фраз, но не хватает механизма, который привел бы эту доктрину в действие. Видно одних деклараций недостаточно, чтобы от созерцательного типа духовности перейти к деятельному. Труднее всего найти религиозную мотивацию для светской деятельности. В православных монастырях трудовая этика часто не уступает протестантской. Но вся проблема в том, чтобы и светскую работу понимать как призвание от Бога.

Россия занимает почти первое место в мире не только по убийствам и абортам, что тоже является убийством, но и по атеизму своего населения. Человек – единственное существо, способное поднимать свой взор к небу. Он – сотворен по образу и подобию Бога. Это значит, что он наделен свободной волей, разумом, стремлением к добру. Человек несет ответственность за творение, т. е. за окружающую его среду. Если он себя осознает в таком качестве, то создаст и трудовую этику и благоустроит мир вокруг себя.

Итак, материализм как социальная философия ведет к обнищанию. Идеализм в форме протестантизма ведет ко всяческому процветанию. Конечно, христианство – это более чем идеализм. С философской точки зрения – это персонифицированный идеализм, это и новая укрепляющая людей благодать. Но и того, что сказано, мне кажется, достаточно, чтобы задуматься о роли религиозного фактора в истории.

Пробуждение организовывает и развивает Бог, а не умные люди!!!

История пробуждения во времена Джонатана Эдвардса доказывает, что лишь Бог может начинать и развивать пробуждения в обществе. Хотя многие учения христиан претендуют на то,
что если понять некоторые принципы, они утверждают, что эти принципы отражают полноценное библейское учение,
то возникнет пробужедение. Да, еще какое!!!
Хотя  на самомо деле эти учения представляют лишь однобокое учение, которое в некоторых моментах даже противоречит общему библейскому учению Писания. Каковы эти однобокие христианские учения о евангелизме\организации церквей\миссионерстве\жизни церкви ? Знаешь ли ты их? Или “проглатываешь” не замечая некоректное использование Библии для обоснования этих теорий?
Ниже историческое доказательство, в котором подчеркивается роль Бога, а не роль “умных” христианских лидеров.
Хотя истинным доказательством является ПОЛОНОЦЕННОЕ учение Библии, история тоже может немного помочь.
_________________________________________________________________________________________

Слово «возрождение» подразумевает что нечто является мертвым или умирающим. Религиозное или «Христианское пробуждение» предполагает, что церковь и ее окружение находится в отчаянной нужде свежего дыхания Божьего Духа, для того, чтобы пробудить ее от сна. Таковым было состояние в Северо Американской церкви и стране в целом, в первой половине 18го столетия. Духовность была в упадке и царило моральное разложение.

СОСТОЯНИЕ НАЦИИ

Американские Колонисты имели свои собственные проблемы. Они представляли собой людей из различных стран живущих в чужой стране. У них не было централизованного правительства, которое объединяло бы их вместе, в каком то подобии национального единства, они были разделены религиозными убеждениями и националистическим духом. Нескончаемая война с Индейцами произвела различные бесчеловечные страсти, отодвигая в сторону моральные убеждения и ограничения. Дикий и безрассудный дух обладал людьми, в то время как мораль отвергалась и религия увядала. Пьянство, непристойная брань, аморальность, и всяческая форма порока процветала как никогда прежде в их истории. Благочестивые стремления их Пуританских праотцов к Христианской Утопии в Новом Мире уже давно умерли.

СОСТОЯНИЕ ЦЕРКВИ

«Соглашение компромисса» которое было принято в 1662 году, открыло двери и возможность для необращенных людей, становится членами церкви, и вскоре по все стране, необращенным служителям было дозволено стать за кафедру. Тайное отступничество и возмутительные грехи испортили и ослабили церкви. Джонатан Дикинсон из Нью-Джерси описал состояние церкви следующим образом: «Религия была в жалком состоянии, профессора как правило мертвы и безжизненны и большинство наших людей, плотские, они беззаботны и беспечны.» Преподобный Самуил Блэир из Пенсильвании сказал: «Здесь в этой части видимой церкви, религия лежит будто умирающая, готовая испустить свой последний вздох жизни.» Эта же картина наблюдалась повсюду, во всех Колониях, начиная от Новой Англии и до Юга страны.

Ситуация была безнадежной, но «человеческое безвыходное положение, предоставило возможность Богу.» В этой ситуации Бог начал разжигать огни пробуждения.

НАЧАЛО ПРОБУЖДЕНИЯ

Датский реформатор, Пиетист Теодор Фриленгхайзен, увидел признаки пробуждения в обращениях, которые сопровождали его служение в Нью-Джерси в 1727. Пробуждение распространилось на Пресвитериан из Шотландии и Ирландии в служении Гилберта Тиннэнта, отец которого основал знаменитый «Лог Колледж», и который позже стал Принстонским Университетом. Огонь переметнулся на Баптистов из Пенсильвании и Вирджинии прежде чем началось необычайное пробуждение в Нортгемптоне, штат Массачусетс, в служении Джонотана Эдвартса, в Декабре 1734 года.

ДЖОНАТАН ЭДВАРДС

Эдвардс говорит, что город переживал «дегенеративные времена» и «вялость по отношению к религии». Молодые люди были пристрастны к «блужданию по ночам, пьянству в тавернах, и большую часть ночи они проводили в сексуальных развлечениях. Институт семьи в городе, потерпел неудачу». Общественные лидеры замкнулись в своих, полных горечи диспутах. Затем, весной 1734 года, двое знаменитых молодых людей преждевременно скончались. Это произвело отрезвляющий эффект на весь город и люди начали задаваться вопросами о смысле жизни, жизни после смерти, о вечности и других духовных вопросах. Ясно, что это было символом суда, для того, чтобы привлечь внимание людей.

На ряду с этим, небольшая и не производящая впечатление церковь молилась о том, чтобы Бог начал двигаться, они взывали Богу за души своих соседей. Сильно и обдуманно, Эдвардс начал проповедовать Евангелие в своей серии проповедей под названием: «оправдание только верой». В Декабре 1734 года обратились шесть молодых людей. Одной из них была молодая девушка, о которой говорили, как об «одной из тех, кто был душой любой компании в целом городе». Ее жизнь настолько радикально изменилась, что это стало предметом разговоров для всего города и новость об этом очевидном действии благодати Божьей, распространилась как лесной пожар. В следующие шесть месяцев из населения 1,100 человек, 300 человек обратились. Это более чем 25% населения за шесть месяцев! Пришло пробуждение.

В своем отчете о пробуждении под названием: «Верное Повествование Удивительных Обращений», Эдвардс говорит о необычных, сверхъестественных случаях: Кажется, что Бог отступил от обычной скорости в Своих делах, и ускорил процесс, который совершает Его Дух во многих сердцах… В городе едва нашелся бы человек, который остался бы в беспечности о великих вещах вечного мира… Кажется что город полон Бога… и никогда прежде он не был настолько наполненным любовью и радостью. Это было временем радости в семьях… наши собрания были замечательными; община была живой на Богослужении, все были полностью сосредоточены на публичном поклонении… Богу служили в красоте святости».

БОЛЬШИЕ РЕЗУЛЬТАТЫ

Это было началом пробуждения, которое получило оживление во время второй волны в 1740ые годы. Между 1740 и 1742 годами, в одной только Новой Англии десятая часть из 300,000 населения приложились к церкви. Общее количество обращенных достигло 50,000 из 250,000 колонистов в Новой Англии. Предполагается, что около 30,000 душ обратилось благодаря многочисленным визитам Джорджа Уайтфилда в Америку, начиная с 1739 года и далее. За двадцать лет, было открыто 150 новых Конгрегационных Церквей.

Рост Баптистских Церквей, во второй половине столетия был еще более замечателен, их количество поднялось с 9 до 400, и общее количество членов составляло тридцать тысяч членов. Подобный рост наблюдался в Пресвитерианской и других церквях.

В Колониях основали девять христианских университетских колледжей. Западное общество было полностью Христианизировано. Желание ранних миссионеров начало более видимо проявляться в слежении Дэвида Брэйнэрда среди индейцев. Пробуждение революционизировало религиозный и моральный характер страны и определило судьбы целой страны.

Один писатель говорит «новообращенный были «горячими в духе. Они жаждали спасения душ. Били предприняты беспрецедентные усилия для распространения Евангелия. Некоторые ходили от дома к дома к своим соседям предостерегая и уча каждого человека и побуждая всех обратиться к Господу. Благочестивые служителя были охвачены необычным старанием, и старые Христиане обновили свою юность.

Они были глубоко обличены во грехе, и опасности бунтарского состояния. Любовь Бога и Христа переполняла их души. Их взгляды на реальности другого мира, были яркими и впечатляющими. Их горячие призывы приводили в трепет самые упорные сердца, повергая многих нечестивцев в молчание, и приводя к рыданиям дерзких и закоренелых обидчиков. Десятки тысяч склонились пред величием истины. Одни из самых сильных проповедников переехали в другие штаты; и куда бы они не шли, на землю проливались потоки благословения.

Господь сделай это снова, в наши дни и в нашем народе!

Тони Кауки
Май 2006